Никакой коррупции в энергетике НАБУ не выявило. Потому что вся эта печальная история, проиллюстрированная фотографией с примерно 1 200 000 долларов, — это ключевой элемент системы государственного управления, которая в Украине сформировалась где-то в 1997 году и без принципиальных изменений дожила до сегодняшнего дня. Только масштабы постоянно растут. 
И война ей никоим образом не мешает, скорее наоборот.
Каждый, назначенный на довольно заметную руководящую должность, не говоря уже о министерском уровне, точно знает, что к нему обязательно придет человек (а может, и несколько) от предшественника и предложит финансовую схему. Конечно, это будет преступная схема, построенная на присвоении части государственных денег, которыми оперирует это учреждение. Или на использовании властных инструментов, которыми она располагает. Или на чем-то еще подобном. 
На жаргоне управленцев это называется «участок для кормления».
И в схему уже вовлечены определенные работники учреждения, различные бизнес-структуры и — главное — представители руководящей инстанции на ступень выше. То есть, новому руководителю отказаться невозможно — это все равно, что одна шестерня в коробке переключений внезапно начнет вращаться в незапланированную сторону. Такую неправильную шестерню, то есть добропорядочного госслужащего, просто перемолот и выбросят из системы. Подобные случаи случаются, но они уникальны.
Понятно, что ситуация вариабельна. Есть сценарии, когда новый руководитель уже четко знает возможности «участка для кормления», на который его назначили (это обычно бывает в учреждениях, которые существуют давно и без изменений, например, «Укрзализныця»), поэтому избавляется от всех схематозников предшественника и запускает своих. А бывает, что новый руководитель публично позиционирует себя как борца с коррупцией, поэтому закрывает старые схемы предшественника, но открывает новые.
Об этом можно писать монографии. Несколько уже написаны, но избавиться от теневых схем это не помогло.
Не меняется одно: на всех уровнях — от центрального до регионального — близость к власти используется для обогащения. И наказывают в этой системе только за то, что взял не по чину, или — и это главное преступление — не поделился с теми, кто выше, то есть «зкрисятничав».
Существует даже моральное оправдание этого непрерывного высасывания соков из собственной страны. Во-первых, коррупционеры называют то, чем они занимаются, своеобразной «смазкой в госаппарате», без которой он вообще не способен работать: власть перестанет воровать — и все остановится, будет даже страшнее, чем после ядерного взрыва. Во-вторых, часть коррупционных денег якобы идет на благое дело —  дома для сирот, больницы, помощь спорту, короче, на все, без чего нормальная жизнь невозможна. И даже на теневые доплаты высокопоставленным чиновникам, чтобы они — не поверите — воровали  меньше. Пока что не помогает.
И, конечно, на помощь ВСУ... Война не просто подняла коррупционному Вию века, она еще и развязала ему загребущие руки. Настолько масштабно и цинично в Украине не обогащались даже в начале независимости, когда миллионы делались просто на разнице официального и коммерческого курсов доллара. Война добавила к привычным уже «участкам для кормления» еще кучу новых и позволила действовать крайне нагло, потому что «война все покроет». Именно поэтому коррупционеры не просто мечтают о победе России, они работают на ее победу. Потому что нет Украины — нет и перед кем нести ответственность за украденное.
В начале поста я назвал эти процессы элементом госуправления. И это потому, что они у нас носят тотальный характер. Незаконно обогащаются руководители всех уровней и направлений, милостиво позволяя обогащаться подчиненным, но только послушным. Обогащаются силовики — и это отдельная история, которая ждет своего летописца. Обогащаются депутаты, принимая законы, которые позволят обогащаться коррупционерам. «Антикоррупционеры» и другие подобные активисты обогащаются там же, где и те, с кем они «безудержно борются». Обогащается обслуга власть имущих, включая медийную. Дети учатся ремеслу «зарабатывать на государстве» от родителей, поэтому система самовоспроизводится.
И есть только один-единственный человек в Украине, который не только сам не занимается коррупцией, но и не видит ее вокруг себя, а чтобы побороть это позорное явление, у него постоянно не хватает полномочий. Это — всегда президент Украины, но только во время пребывания в должности, до и после — все видит и так это ненавидит, что убил бы.
Вот поэтому постоянно повторяю: менять нужно не только персоналии, а систему в целом. Но это отдельный разговор.

Александр Кочетков

- ОПа, ОПа,ОПа или какие два главных ожидания в Украине на 2026 год
- Оптимистичное заявление м@дака Трампа уже все видели?
- Мертворожденная демократия по-украински
- Украинцы! Мы, получается, живем в системе, которую нам все эти воры-взяточники-казнокрады и предатели придумали
- Пропагандоны: Чем нас будут пугать в ближайшее время?
- Тогда зачем вообще был этот мономарафон?
- Полный зе-провал! Залужного вскоре вернут в Украину